Проскуряков Лавр Дмитриевич

Лавр Дмитриевич Проскуряков

Лавр Дмитриевич Проскуряков родился 30 августа 1858 в селе Борисовка, что в нескольких верстах от Валуек в семье крестьянина, потомка ямщиков и казаков. В многодетной семье было 18 человек. В таких семьях на Руси, чтобы оторваться от земли и посвятить себя иной деятельности, надо было обладать недюжинными способностями. И Лавр Дмитриевич ими обладал, что сразу же бросилось в глаза первым его учителям. В местной сельской школе и позднее в Валуйках Проскуряков учился на «отлично», был пытлив, а из учебных предметов больше интересовался естествознанием, математикой, физикой…

По окончании средней школы местным управлением образования ему, как отличнику учебы, была дана рекомендация для поступления в высшее учебное заведение. Проскуряков выбрал Петербургский институт путей сообщения. Это соответствовало его увлечениям, хотя железной дороги он еще и в глаза не видел — она пройдет через Валуйки

и неподалеку от его села только через 20 лет. Экзамены в институт Лавр Дмитриевич сдавал наравне со всеми: крестьянский юноша из самой глубинки прошел абитуриентские перипетии без сучка, без задоринки. И вот он — студент одного из самых престижных высших учебных заведений Российской империи!

После успешного окончания института Проскурякову в 1884 дают место в Министерстве путей сообщения, в службе, ведающей железными дорогами. И в качестве государственного служащего он исполнителен, инициативен, на хорошем счету у высшего начальства. Однако бюрократическая сторона работы (формуляры, циркуляры, инспекторские вояжи) его не удовлетворяют — он выкраивает время и параллельно занимается научной и конструкторской деятельностью. А вскоре вновь возвращается в родной институт, на преподавательскую и исследовательскую работу. Защитив при совете института докторскую диссертацию, Проскуряков за короткое время становится известным ученым и специалистом в области строительной механики. В это время его больше всего привлекает проблема мостов — больших и малых, которые стали важнейшими объектами на бурно развивающейся сети железных дорог в России. Как противостоять их деформации, разрушению и выходу из строя? Из какого материала они должны сооружаться? Что нового требуется, чтобы их конструкции были надежными и долговечными? Все эти вопросы находили решение в проектах Проскурякова.

Он первый в Европе отказался от существовавших, сложных по конструкции и расчетам, многорешётчатых мостовых ферм. Проскуряков спроектировал ферму с одной треугольной мощной решеткой, что обеспечивало точное распределение в конструкции усилий от подвижной нагрузки. В 1887 году с использованием этого новшества был построен железнодорожный мост через р. Сулу в украинском городе Ромны, который выдержал все испытания. Данным проектом Проскуряков положил начало новому направлению в мостостроении. И тут перед ним открывается захватывающая перспектива. В 1891 начинается строительство Транссибирской железнодорожной магистрали «Челябинск — Омск — Иркутск — Хабаровск — Владивосток», протяжённостью почти семь тысяч километров. Сам Министр путей сообщения Сергей Юльевич Витте поручает Проскурякову ответственный участок этого грандиозного проекта — сооружение мостов на Транссибе. А их в проекте было ни много, ни мало – а целых 28. Как расширились теперь горизонты Проскурякова! И он, приняв предложение, становится ведущим проектировщиком и конструктором мостов через строптивые сибирские реки и одновременно проводит на этой практической базе научные работы по строительной механике и продолжает преподавать в Петербургском институте путей сообщения, где в 1896 его избрали профессором. И во всех сферах своей деятельности Проскуряков преуспевает. В 1896 году, проектируя мост через реку Которосль, он впервые разрабатывает таблицу «моментов для поезда», другими словами, определяет внутренние усилия на отдельных участках моста по мере поступательного наезда на них движущегося груза.

Учёный продолжает совершенствовать и ферму моста. Он находит, что ферма еще более эффективна в своём арочном исполнении и сооружает несколько арочных мостов на Москва-реке, которые оправдывают его расчеты и ожидания. Наконец, Проскуряков проводит серию испытаний материалов для изготовления ферм и определяет самые надежные из них.

Лавр Дмитриевич в течение сорока лет проектировал мосты различных пролетов от 20 до 145 метров. «Проскуряковскими фермами», лёгкими и рациональными по восприятию нагрузки, были перекрыты сотни мостовых пролетов на российских и зарубежных железных дорогах — через реки Нарва, Волхов, Ока, Амур и др. Все научно-практические изыскания Проскурякова были направлены на создание идеального мостового сооружения. И оно родилось. Это был построенный по его расчетам в 1898 многокилометровый мост через могучий Енисей. В проекте пролетного строения (в 144,5 м) Енисейского моста, как констатировали ученые, Проскуряков применил совершенно новую конструкцию — оригинальную шпренгельную ферму. Придав верхнему ее поясу ломаное очертание, проектировщик довел высоту главных ферм почти до 1,7, а ширину до 1/24 длины пролёта при увеличении длины панелей до 8-ми метров. Автором проекта был также произведен расчёт главных ферм по линиям влияния, позволивший точно определить внутренние усилия от подвижной нагрузки. Все эти показатели были необычными для того времени, и Проскурякову пришлось с немалой энергией отстаивать свое новшество. И он его отстоял. …1900 год. Париж. Марсово Поле. Здесь открывается Всемирная выставка научно-технических достижений уходящего 19 века. А достижения были впечатляющими. 35 стран, и среди них Российская империя, разместили здесь свои павильоны. Парижские газеты писали, что экспонаты выставки являют собой настоящий парад искусств, науки и техники. …Конечно же, всех прежде всего завораживала Эйфелева башня — символ прогресса века, самое высокое в мире сооружение, построенное Александром Эйфелем в 1889 году. К слову сказать, основным инженерным профилем этого выдающегося француза было именно мостостроение… Вслед за парижской ажурной башней-гигантом восхищение участников и посетителей выставки вызывают двигатель внутреннего сгорания немецкого инженера Дизеля, демонстрационные радиоприемники Попова и Маркони. Поражают воображение только что изобретенная турбина, усовершенствованная модель автомобиля «Пежо», лампа накаливания с вольфрамовыми и молибденовыми нитями Лодыгина, модель первой электростанции общественного назначения Эдисона… …Александр Эйфель, Рудольф Дизель, Гульемо Маркони, а с ними участвовавший в выставке Дмитрий Иванович Менделеев — целая свита из 10 респектабельных конструкторов, ученых пришли в российский павильон. Их внимание приковали к себе образцы стали с заводов Донбасса, ижевское оружие и… русские матрёшки. Но больше всего — почти полдня — ученые разглядывали заявленное на выставке и воспроизведенное в чертежах, картах, схемах строительство Сибирской магистрали. Поражали не только масштабы свершающегося, но сам смысл задуманного: ведь не только Россия, но и вся Европа теперь будет связана стальными магистралями с Азией — Японией, Китаем, Кореей. Достижения русских ученых и инженеров просматривались в фотографиях отдельных участков Транссиба, в коллекции карт, в снимке и модели парового парома на озере Байкал, в моделях мостов через множество сибирских рек. При виде моста через Енисей Александра Эйфеля охватило волнение. — Боже мой, да это же чудо! — воскликнул Эйфель, доселе не имевший равных себе в мостостроении. — Где этот гениальный конструктор… позовите его сюда, — обратился Эйфель к Менделееву, своему давнему товарищу и почти ровеснику. Менделеев попросил устроителей русского павильона разыскать автора проекта, коим был… Лавр Проскуряков. Когда Проскуряков, смущенный, подошел к группе ученых-светил, Эйфель сказал в его адрес:

«Этим проектом Вы сразили меня… победа за Вами…».

Дизель, Маркони и все остальные учёные рукоплескали. Лавр Проскуряков за проект моста через Енисей безоговорочно получил на Парижской выставке высшую награду — Большую золотую медаль. А это означало, что такого же признания заслужили и десятки других, уже сооруженных по его задумке, сибирских мостов. Это была победа русской науки и техники. …

Уникальным является и научно-педагогическое наследие Лавра Дмитриевича Проскурякова. В своей преподавательской деятельности он просто-таки предвосхитил время. Тому, правда, способствовала ситуация. Во время работы в Московском инженерном училище путей сообщения Проскуряков столкнулся с неожиданным условием: на прохождение курса строительной механики программой предусматривался всего лишь один год. Ничтожно мало для трудных и объемных предметов! Надо было найти и использовать такие приёмы подачи материала, которые в рамках отведённого времени могли бы помочь студентам разобраться в сопромате. Проскуряков нашёл такой путь. Он искусно синтезировал в ходе своих лекций три основных дидактических принципа: наглядность, доступность и природосообразность. В его практике это значило — толковать сложные аналитические выводы обязательно графически, а также сопровождать лекции упражнениями по индивидуальным заданиям (в курс лекций вводилось 26 упражнений), которые соединяли бы теорию со строительной практикой. Результаты были впечатляющими: студенты стопроцентно посещали лекции Проскурякова и успешно постигали науку. А написанный Лавром Дмитриевичем двухтомник по строительной механике был в своё время признан лучшим учебником и положен в основу преподавания этой отрасли науки не только в транспортных вузах, но и во всех строительных и родственных им институтах. Умер Лавр Дмитриевич Проскуряков в 1926 году. В настоящее время он по праву признан пионером русской науки о мостах, выдающимся ученым и педагогом-новатором. Своей творческой и научной деятельностью он прославился далеко за пределами нашей страны.

Ш.Гойзман

Комментарии закрыты.